В Тверском районном суде Москвы стартовал процесс по громкому делу экс‑директора департамента Минздравсоцразвития Дианы Михайловой. Подсудимую обвиняют в превышении должностных полномочий и воспрепятствовании законной предпринимательской деятельности крупного отечественного фармдистрибьютора «Биотэк» в 2010‑2011 годах. На первом же заседании в заявлениях гособвинителя, свидетелей потерпевшей стороны и комментариях обвиняемой были названы имена практически всех ключевых руководителей российского здравоохранения последних лет. Так или иначе, непосредственными участницами этой не самой простой истории, в которой предстоит разобраться суду, стали и Татьяна Голикова, и Вероника Скворцова.
РТУТЬ ДЕЛА
Определить дальнейшую судьбу Дианы Михайловой предстоит федеральному судье с тридцатилетним стажем Елене Сташиной. В судейском сообществе о г-же Сташиной отзываются как о профессионале и объективном судье, знающей законы. ≪Есть у Елены Владимировны одно правило: она очень не любит, когда подсудимые затягивают процесс. Это ее очень может рассердить≫, – рассказывал VM один из коллег судьи.
За океаном о Сташиной несколько иное мнение. Она – фигурант знаменитого списка сенатора Кардина (он же ≪список Магнитского≫), ей запрещен въезд на территорию США. В список Магнитского имя судьи внесли за то, что 12 ноября 2009 года она приняла решение о продлении ареста юриста фонда Hermitage Capital Management Сергея Магнитского, который через четыре дня скончался в СИЗО от острой сердечной недостаточности.
Новое уголовное дело, в котором теперь разбирается Елена Сташина, отсылает к событиям 2010-2011 годов. Тогда Диана Михайлова возглавляла Департамент развития фармрынка и рынка медтехники Минздравсоцразвития и входила в Единую конкурсную комиссию, организовывавшую торги по госпрограмме ≪Семь нозологий≫. Именно как члену конкурсной комиссии Михайловой предъявлено обвинение по двум статьям УК РФ – 286-й (≪Превышение должностных полномочий≫) и 169-й (≪Воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности≫).
Суть инкриминируемых Михайловой деяний гособвинитель изложила уже в ходе первого заседания. Вообще процесс должен был начаться еще в декабре 2013 года, но дату слушаний перенесли на 16 января, поскольку в тот момент подсудимая проходила лечение на своей малой родине, в Свердловской ОКБ.
В первый день процесса перед Еленой Сташиной выступил гособвинитель и свидетели потерпевшей стороны, в частности, президент и вице-президент группы ≪Биотэк≫ Татьяна Гейт и Сергей Лапин, а также их деловой партнер из компании ≪Генфа-Медика СА≫ Сергей Жуковский. Все свидетели, выступавшие на суде в этот день, поддерживали сторону гособвинения, они оглашали свои показания, отвечали на наводящие вопросы, в том числе и со стороны подсудимой. Не сбил с толку прокурора и его свидетельскую группу даже неожиданный визит в зал суда электрика, взявшегося менять неисправную ртутную лампу на потолке.
SERONO ПЕРЕД ЗАКОНОМ
Обвинение озвучило в суде свою версию произошедшего. 25 октября 2010 годана основании подготовленных Михайловой технических заданий было объявлено о проведении двух открытых аукционов в электронной форме на право заключения госконтрактов на поставку в 2011 году препарата интерферона бета 1а на общую сумму свыше 1,9 млрд рублей. 22 ноября 2010 года заявку на участие в торгах подала компания ≪Биотэк≫, которая и была признана победителем торгов. За право получить госконтракт ≪Биотэк≫ тогда боролся с другим крупнейшим игроком рынка госзаказа – ЗАО ≪СИА Интернейшнл≫.
≪Биотэк≫ не первый год работал в госпрограмме ≪Семь нозологий≫ с этим МНН, и помешать своевременной отгрузке по текущему контракту могли только форс-мажорные обстоятельства. ≪К утвержденному сроку, 15 декабря 2010 года, поставки первой партии были осуществлены на 94%, а к 21 декабря поставка была завершена полностью≫, – рассказывал суду Сергей Лапин. Позже в процессе прозвучало: мизерная – в 6% объема – поставка задержалась из-за погодных условий на шесть дней, в остальном контракт исполнялся по графику.
Новацией было лишь то, что вместо оригинального препарата Ребиф производства швейцарской Merck Serono ≪Биотэк≫ предложил дженерик Генфаксон, выпущенный на мощностях аргентинской Laboratorio Tuteur. Препарат получил регистрационное удостоверение, то есть был допущен Минздравсоцразвития на рынок в апреле 2010 года. В начале декабря в ООО ≪Центр контроля качества Онкологического научного центра≫ завершились пострегистрационные исследования Генфаксона, по результатам которых на все серии препарата были выданы декларации о соответствии.
Уже 6 декабря 2010 года ЗАО ≪Биотэк≫ заключило контракт с Минздравом в лице врио министра здравоохранения Владимира Белова. Завизирован же проект был самой Михайловой. Согласно контракту, поставки должны были быть произведены ≪Биотэком≫ в два этапа – до 15 декабря 2010 года и до 31 мая 2011 года. Но уже 16 декабря 2010 года Михайлова неожиданно подписала подготовленную по ее указанию служебную записку о якобы совершенных ≪Биотэком≫ нарушениях условий госконтракта. Из записки следовало, что компания не предоставила сертификат соответствия на Генфаксон.
По мнению гособвинителя, требовать дополнительные удостоверения на препарат Михайлова не имела права, поскольку интерферон бета-а относится к группе иммуномодуляторов, а потому не входит в перечень продукции, подлежащей обязательной сертификации, следовательно, декларации о соответствии было достаточно. Не знать этого обвиняемая также не могла, считает прокурор, а потому умышленно ввела в заблуждение Сергея Жука, руководившего на тот момент Департаментом имущественного комплекса Минздрава, а также главу Единой конкурсной комиссии Владимира Белова. Их прокурор назвала ≪не осведомленными о преступных намерениях Михайловой≫: якобы по незнанию Белов и подписал претензию о расторжении госконтракта в связи с непредоставлением ≪Биотэком≫ копий сертификатов соответствия товара≫ и нарушением сроков поставки.
Претензия была направлена в адрес компании 20 декабря 2010 года. А уже на следующий день Диана Михайлова вызвала на оперативное совещание в Минздрав представителей ≪Биотэка≫. Отвечать за исполнение контракта было поручено Татьяне Гейт, которая тогда отвечала в ≪Биотэке≫ за поставки препаратов зарубежного производства, и Сергею Лапину, курировавшему юридические вопросы. Решение проблемы чиновница предложила менеджерам радикальное: заменить препарат Генфаксон, отгруженный в рамках первой партии госконтракта, Ребифом. Кроме того, Михайлова сообщила представителям ≪Биотэка≫, что принятие оплаты поставленных партий Генфаксона со стороны министерства возможно только после предоставления сертификатов соответствия, выданных подведомственным Минздраву ФГБУ ≪ГИСК им. Л.А. Тарасевича≫.
Отвечая на вопросы судьи, Гейт и Лапин вспомнили о странном, по их мнению, письме, отправленном в ≪Биотэк≫ главой российского офиса Merck Serono Ритой Бобро. В своем обращении Бобро якобы поздравляла коллег с победой и приглашала заключить контракт на поставку Ребифа. В то же время, по словам руководителей ≪Биотэка≫, то, что дистрибьютор готовился поставлять не Ребиф, а Генфаксон, было общеизвестно.
На оперативном совещании в Минздраве 21 декабря присутствовали четыре руководителя профильных департаментов Минздравсоцразвития – Диана Михайлова, Сергей Жук, Татьяна Рейхман и Марат Сакаев, а также чиновники из ФАС. Однако найти решение тогда не удалось. Гейт и Лапин взяли паузу, чтобы посоветоваться с вышестоящим руководителем – прежним гендиректором ООО ≪Биотэк≫ Михаилом Колтачуком. Михайлова с ответом торопила, второй раунд переговоров был назначен уже на 22 декабря.
ТО ИНСТИТУТ, ТО ТАМ
На следующий день ≪Биотэку≫ пришлось пойти на уступки и согласиться заменить Генфаксон на Ребиф. Для этого министерство и компания подписали допсоглашение. По нему ≪Биотэк≫ закупил Ребиф в количестве, необходимом для замены отгруженного в рамках первого этапа поставок Генфаксона.
По словам Лапина, Сергей Жук прямо пригрозил компании разрывом контракта и попаданием ≪Биотэка≫ в список недобросовестных поставщиков. ≪Нас запрессинговали, – жаловался судье юрист. – Нам грозила так называемая война с Минздравом, в процессе которой мы докажем свою правоту, но потеряем время, силы и деньги, а возможно, и товар, который находился бы все это время в неизвестном статусе≫.
История замены Генфаксона на Ребиф хорошо известна участникам рынка госзаказа. Однако и в ней есть белые пятна. Как утверждали гособвинитель и сотрудники ≪Биотэка≫, после официальной встречи в Минздраве была и неофициальная, в кабинете самой Михайловой. Помимо нее, выход из сложной ситуации помогал искать Марат Сакаев, в то время он отвечал в министерстве за вопросы государственной регистрации ЛС. С Михайловой Гейт и Лапин обговаривали уже детали операции по замене Генфаксона на Ребиф, а также пытались прояснить, как им все же добиться легализации своего препарата на рынке ≪Семи нозологий≫. Михайлова порекомендовала поскорее озаботиться получением сертификата соответствия на Генфаксон, чтобы успеть поставить полностью легализованный препарат в регионы. По словам Михайловой, сертификат мог выдать только подведомственный Минздраву ГИСК им. Л.А. Тарасевича. В этот научный центр ≪Биотэк≫ накануне с Генфаксоном уже обращался, однако там оперативно помочь компании не смогли, из-за технических трудностей.
Выход из ситуации тут же предложил Сакаев, порекомендовавший для получения сертификата соответствия провести исследования Генфаксона в ФГБУ ≪НИИВС им. И.И. Мечникова≫, а результаты готовых исследований направить в ГИСК. Для верности в ≪Биотэке≫ решили обратиться не только в институт Мечникова, но и в Гематологический научный центр Минздравсоцразвития. Подстраховка оказалась нелишней. В ответ на данные исследования в НИИВС из ГИСК был получен ответ о том, что ≪исследование не имеет никакой ценности≫ по причине отсутствия у научной организации соответствующей аккредитации. Представитель гособвинения особо обратила внимание на то, что сам ГИСК как орган сертификации был аккредитован лишь в феврале 2011 года, а потому все предшествующие этой дате исследования призвал считать незаконными. У ГНЦ такая аккредитация была, однако там исследование Генфаксона длилось рекордно долго – до апреля.
В Минздраве на получение Генфаксоном сертификата никак не отреагировали, а в компании не рискнули поставлять препарат без официальной отмашки регулятора. На суде Гейт вспомнила, что поставки Генфаксона возобновились только в июне. ≪Мне лично позвонила Диана Михайлова и сообщила, что наш препарат входит в обращение, – заявила президент группы ≪Биотэк≫. – Оплаты за продукцию начались в августе 2011 года и завершились в декабре, несмотря на то что по условиям госконтракта оплата должна была проходить спустя пять дней с момента выставления счета. Задержка оплаты составила от 100 до 270 дней≫.
НА ЛИНИИ ЗАЩИТЫ
Если верить стороне обвинения, Михайловой довольно долго удавалось вводить в заблуждение своих коллег, в том числе вышестоящих руководителей. В январе 2011 года на тот момент заместитель главы Минздравсоцразвития Вероника Скворцова разослала руководителям региональных органов здравоохранения письмо с указанием ≪не принимать в обращение Генфаксон до предоставления сертификатов соответствия, подтверждающих его качество≫. Письмо, как уверяет прокурор, было также инициировано Михайловой.
По словам Сергея Лапина, вмешивалась в ситуацию и прежний министр Татьяна Голикова, в марте собравшая совещание по проблеме поставки интерферона бета-а с участием чиновников и представителей компании. Выслушав всех, Голикова порекомендовала компании получить сертификат. После письма за подписью Скворцовой в ≪Биотэке≫ поняли, что чиновники не готовы идти компании навстречу, и решили обратиться с жалобой в ФАС. Антимонопольщики вынесли решение по делу в июне, признав действия регулятора ущемляющими права фармдистрибьютора. Через несколько дней поставки Генфаксона возобновились, а в ≪Биотэке≫ смогли зафиксировать ущерб. Задолженность Минздрава перед компанией на тот момент, по словам Лапина, уже составляла около 1,5 млрд рублей.
В Минздравсоцразвития, похоже, не верили в преступный умысел Михайловой и даже попробовали оспорить решение ФАС в суде, но дело проиграли. Затем иск к министерству о взыскании недоимок подавал и ≪Биотэк≫. Размер долга истцы определили на уровне 83 млн рублей, неустойки оценили в 37 млн рублей. В октябре 2011 года суд удовлетворил требования компании частично и постановил взыскать с госзаказчика 68,9 млн рублей. Окончательно министерство рассчиталось с поставщиком перед новым 2012 годом.
Как на обвинения в суде отреагировала Диана Михайлова? Виновной она себя признать отказалась, а ответное слово решилась взять лишь после того, как выступят все свидетели. Зато много говорил адвокат экс-чиновницы, сразу заявивший, что Михайлова действовала в интересах пациентов. ≪Обвинение является надуманным и предвзятым… При проведении предварительного расследования следствием прилагались все усилия для перевода возникшего хозяйственного спора, регулируемого нормами гражданского законодательства, в уголовное дело≫, – заявил защитник.
Наконец, адвокат Михайловой также напомнил, что следствие не приняло к сведению якобы имевшее место письменное обращение министра Голиковой в Росздравнадзор, в котором та требовала в кратчайшие сроки направить информацию о прекращении действия сертификатов соответствия на препарат Генфаксон в выдавший их орган сертификации.
Еще один тезис, прозвучавший в защиту Михайловой: все действия чиновницы были основаны лишь на служебной переписке и решениях, принятых в ходе рабочих совещаний, которые руководство министерства проводило с должностными лицами аппарата с декабря 2010 года по ноябрь 2011 года. Кто из свидетелей защиты поддержит эти аргументы, VM расскажет по итогам очередных слушаний.
