В опросе сообщества «Врачи РФ» приняли участие 336 респондентов из 71 региона страны. Большинство опрошенных – 38% – отметили, что в их медучреждении ВМП занимались и до 2014 года, а с погружением высокотехнологичных услуг в ОМС кардинально ничего не изменилось. Еще 23% респондентов подтвердили, что с тех пор список видов ВМП, предоставляемой в их клиниках, расширился. Более трети (38%) участников опроса считают, что погружение ВМП в ОМС из‑за незначительного объема проводимых сложных манипуляций на благополучии их клиник никак не сказалось.
Рост оборачиваемости коек в стационаре и увеличение пациентского потока отметили 19% опрошенных, и только 17% респондентов рассказали о самом важном для медработников изменении – прибавке к зарплате, обусловленной оказанием ВМП. Однако большинство респондентов увидели противоположную тенденцию: зарплаты ощутимо снизились. «С 2015 года изменилась система оплаты труда по ВМП: сейчас, например, за одну операцию хирургу на зарплату приходит 1 тысяча рублей, раньше приходило значительно больше», – поясняет один из участников опроса. Другой респондент подтверждает, что доплаты за погруженные в ОМС высокотехнологичные операции прекратились вообще, а 2/3 тарифа за ВМП, не погруженную в ОМС, «администрация стала оставлять себе на пропитание». «После погружения ВМП в ОМС перестали платить по ВМП, то есть совсем ничего. Нет никаких стимулов брать пациента по ВМП – работы больше, бумаг больше, а денег нет совсем», – добавляет другой участник опроса.
Один из респондентов оставил подробный комментарий по поводу «расчетного листа» врача – теперь в структуре зарплаты четко выделилась графа «ВМП», по которой можно отследить связь между объемом выполненной работы (количество операций по ВМП) и ежемесячной выплатой: «Так как отменили федеральные стандарты по определенным нозологиям и ввели ВМП, то размеры зарплат особо не изменились. За исключением того, что раньше стимулирующие выплаты были привязаны к стандартам, которых хватало на всех. А теперь [выплаты за] ВМП получает тот, кто ее делает».
Помимо фактического снижения зарплат их крайне раздражает прибавление «бумажной» работы. «Добавилась очередь на ВМП, нужно «+100500 бумаг» для направления на ВМП, комиссия местная, районная и так далее – всем больше головной боли», – сокрушается один из участников опроса в сообществе «Врачи РФ».
«В тариф «федеральной» ВМП были заложены дополнительные средства, которые шли на зарплату врачей, при оказании ВМП по ОМС никаких дополнительных денег не предполагается. Таким образом, стимула стремиться к наращиванию объемов, действительно, у многих сейчас нет, – поясняет заместитель главного врача по хирургии Самарской ОКБ им. В.Д. Середавина Сергей Пушкин. – Кроме того, появление дополнительных расходов в системе ОМС на ВМП вызвало уменьшение средней стоимости медицинской услуги по ОМС. Но мы все равно оказываем ВМП по ОМС как можно большему количеству пациентов и работаем с ВМП, не погруженной в ОМС, практически не направляя людей на лечение в федеральные центры».
Ответственность за распределение средств, полученных за оказание ВМП, в том числе наполнение фонда оплаты труда, лежит на менеджменте больницы, говорит заместитель главного врача по медицинской части Оренбургской ОКБ Андрей Шатилов: «До 2015 года расходы на ВМП, финансируемые из средств федерального бюджета, были строго регламентированы – 80% суммы шло на расходники, 20% – на зарплаты. Но затем порядок изменился. Уже третий год поступления за ВМП, вне зависимости от их источников, распределяются по всем статьям расходов – это и зарплата, и расходники, и коммунальные услуги, и так далее. Главный врач решает, как потратить эти деньги: купить супердешевые расходники и по максимуму выплатить зарплату или сделать наоборот. Все стараются найти оптимальное соотношение между качеством расходников и ценой и не экономить на качестве медпомощи».
