ПОДПИСАТЬСЯ НА ОБНОВЛЕНИЯ
1 Декабря, 21:38
1 Декабря, 21:38
65,24 руб
69,34 руб

Жизнь замечательных грудей

Ольга Гончарова
10 Ноября 2014, 15:58
4086
Как и с кем поднимал бизнес один из основателей российского рынка имплантатов молочной железы
Первая партия из 100 пар силиконовых имплантатов груди была ввезена в Россию 20 лет назад. С тех пор реализация протезов молочной железы росла каждый год как минимум вдвое, и сейчас грудные имплантаты носят в себе уже около полумиллиона российских женщин. Такие размеры отечественному силиконовому рынку задал простой советский инженер Александр Артемьев.

В прошлом году россиянки наряду с жительницами Германии, США, Испании, Аргентины и Венесуэлы вошли в число самых недовольных своей грудью женщин мира. Операции по увеличению молочной железы в этих странах возглавили топ‑листы наиболее популярных эстетических процедур. Тяга к бюстам значительных размеров конвертировалась в рекордные для соответствующего сегмента пластической хирургии экономические показатели: по данным исследования VM, затраты российских пациенток на увеличение груди в 2013 году достигли почти $80 млн, составив около трети совокупной выручки рынка эстетических вмешательств. Вложения в объем бюста явно лидировали в рейтинге популярности оперативных вмешательств, проведенных отечественными пластическими хирургами в прошлом году.

Высокий уровень продаж объясняется и разнообразием предложений – 80 из 100 опрошенных VM клиник предлагали своим пациенткам на выбор как минимум два‑три бренда протезов. Сейчас на российском рынке присутствует уже вся мировая линейка имплантатов – от американских Mentor и Natrelle, рассчитанных на премиальную аудиторию и востребованных у звезд шоу‑бизнеса, до недорогого китайского продукта Wanhe, популярного в том числе среди транссексуалов.

Несмотря на достигнутую за 20 лет широту ассортимента, дистрибьюторы в сложных случаях подбора протезов до сих пор обращаются за советом к первому в России дилеру имплантатов – инженеру Александру Артемьеву. Как считают грудные оптовики, он, не имея медицинского образования, по точности экспертизы опережает большинство профильных специалистов силиконового рынка. За годы участия в этом бизнесе Артемьев привез в Россию крупнейший бренд имплантатов молочной железы, обучил около 300 врачей и подобрал ≪груди≫ сотням россиянок и украинок.

ХИМПРОМ С ИРЛАНДСКИМ АКЦЕПТОМ

О технологии производства имплантатов для груди Артемьев впервые задумался в начале 90‑х. К тому времени он более 15 лет проработал инженером аэрокосмической отрасли и уже защитил кандидатскую диссертацию в этой области. Как‑то Артемьев случайно познакомился с Пэтриком Фладом, управляющим директором завода Inamed – производственной площадки американской ≪силиконовой≫ корпорации McGhan Corp, который был проездом в Москве. ≪От него я узнал, что президент корпорации Дон Макган хочет нарушить монополию двух американских компаний – NuSil и Silicone Applied, поставлявших всему миру силиконовый гель для имплантатов груди, и ищет альтернативные площадки для производства такой субстанции, – вспоминает Артемьев. – Мой новый знакомый пошутил: ≪Раз ты разбираешься даже в космических технологиях, может, поможешь нам найти в России партнера по силиконовому гелю?≫ Я согласился, и скоро мне удалось найти химиков‑технологов на одном из закрытых советских предприятий, которые согласились взяться за такую разработку≫, – вспоминает Артемьев.

За несколько месяцев группа ученых и инженеров, которую курировал Александр Артемьев, разработала технологию производства силиконового геля высокой чистоты. Пробную партию предстояло изготовить по российской технологии и из российских компонентов в ирландской лаборатории Inamed. Произвести гель, правда, получилось не сразу – образцы, изготовленные на заводе в Ирландии по российским методикам, не соответствовали заданию.

≪Выяснилось, что наши ирландские коллеги делали ошибки при смешивании исходных ингредиентов. Тогда мы начали эксперимент сами – загрузили компоненты в контейнер для смешивания и стали ждать, пока приготовится гель, – вспоминает Артемьев. – Через какое‑то время все ирландцы пошли на ланч, а мы остались около ≪мешалки≫ следить за процессом: мы не исключали какого‑то вредительства, а в тот непростой для страны период контракт с Inamed для нас был очень важен. Через 15 минут в опустевшую лабораторию вошел один из ирландских инженеров и сказал: ≪Приехал Дон Макган и хочет с вами пообедать в ближайшем ресторане. Отказываться нельзя, за процессом смешивания буду следить я сам, обещаю никуда не отходить≫. Скрепя сердце, мы пошли знакомиться с президентом глобальной корпорации, не зная еще, успешно или нет закончится синтез. К счастью, все получилось отлично, в точном соответствии с заданием. Дон Макган тем же вечером поздравил нас с успехом, и скоро Inamed заключила с российским предприятием масштабный контракт на производство геля для имплантатов≫.

После этого почти два года реализуемые на европейских рынках грудные протезы корпорации McGhan были наполнены гелем, компоненты которого производились на мощностях отечественного химпрома.

ЧЕМОДАНЫ БЮСТОВ

Искать альтернативные производственные мощности Дона Макгана тогда заставил разрастающийся в США силиконовый кризис. В конце 80‑х в американских СМИ одна за другой начали появляться публикации о том, что имплантаты из силиконового геля могут вызывать целый ряд заболеваний, в том числе рак груди. Шум в прессе довольно быстро раздразнил национального регулятора – на одном из совещаний в FDA сотрудник ведомства доктор Нирмал Мишра назвал в числе рисков использования грудных протезов красную волчанку, склеродермию и рак. В 1991 году регулятор инициировал расследование и экспертизу изделий, а параллельно дал крупнейшим производителям силиконовых имплантатов три месяца на то, чтобы подтвердить безопасность своих продуктов.

В то время США были крупнейшим рынкомпротезов молочной железы. Силиконовые имплантаты молочной железы носили больше 1 млн американок. Ежегодно в стране проводилось порядка 100 тысяч пластических операций, значительную долю которых составляло увеличение груди. А около 80% этого рынка держали крупные корпорации – Dow Corning, Mentor Corporation, Bristol‑Myers Squibb, McGhan Medical Corporation, оставшаяся доля приходилась на небольших разрозненных производителей.

В Европе одним из крупнейших производителей протезов была французская компания Arion, специализировавшаяся на другом типе имплантатов – из солевого раствора. Европейское силиконовое грудное производство только‑только зарождалось. В середине 80‑х во Франции начал работать местный производитель, названный позднее Sebbin, в Великобритании – компания Nagor. В начале 90‑х Жан‑Клод Мас основал во Франции корпорацию PIP.

Американцы, предчувствуя, что разногласия с FDA обвалят национальный рынок, начали экспансию по всему миру, и прежде всего в Европе, налаживая там сеть прямых продаж и локальное производство протезов. McGhan Corp запустила завод Inаmed в Ирландии, а Mentor – одноименную производственную площадку в Голландии. Кроме того, корпорации открыли сеть собственных торговых филиалов в крупнейших европейских странах.

В 90‑е худшие опасения игроков американского рынка оправдались. Результаты исследований безопасности имплантатов, представленные мейджорами, не удовлетворили FDA, и в 1992 году регулятор установил мораторий на применение протезов с гелем в США до завершения новых исследований. Производство силиконовых имплантатов в стране прекратилось почти на 10 лет, американские пластические хирурги стали использовать для увеличения груди имплантаты, наполненные солевым раствором. Корпорации накрыла волна исков от тысяч американок, носивших силиконовые протезы, мейджоры теряли в судебных тяжбах миллиарды долларов.

В то же время большинство европейских стран не отреагировали на заявления FDA, врачи продолжали покупать силиконовые изделия для набирающих популярность операций. Так американский кризис превратил европейские и азиатские рынки в новые полосы разбега для глобальных производителей.

Россию как серьезную силиконовую поляну в начале 90‑х еще никто не воспринимал. В стране в год проводилось несколько десятков операций по увеличению груди, отечественные пациентки стояли в многомесячных очередях за новым бюстом в двух столичных институтах красоты – на Арбате и на Ольховке. Имплантаты поставляли ряд московских фирм, которые в свою очередь закупали дешевый силиконовый гель на Казанском заводе синтетического каучука. Американские и европейские протезы считались экзотикой, и самые продвинутые пластические хирурги привозили их из‑за границы в чемоданах вместе с другой труднодоступной на тот момент импортной продукцией.

СИЛИКОН С НАДРЫВОМ

Партию из 100 американских имплантатов McGhan Александр Артемьев впервые официально ввез в Россию в 1994 году. ≪Первая пациентка сама нас нашла. Она жила в Казахстане и имела печальный опыт использования отечественных протезов, которые у нее все время рвались. В очередной раз ее казахстанский хирург отказался ставить новые имплантаты вместо порванных, даже для него повторяющиеся неудачи стали моральным потрясением. Тогда женщина отправилась в Санкт‑Петербург, и там доктор одной из пластических клиник поведал ей, что в России появились новые американские протезы. Она с трудом, но нашла выход на меня, и стала первой российской покупательницей имплантатов McGhan≫, – вспоминает инженер Артемьев.

Сотню пар имплантатов он распродал в течение года, а уже на следующий год продажи выросли вдвое, и тогда руководство Inamed предложило дилеру поменять схему сотрудничества. Корпорация открыла в России свое представительство, призванное контролировать реализацию продукции McGhan в стране. Главой штаб‑квартиры назначили Артемьева, а непосредственно продажи силиконовых бюстов передали стороннему дистрибьютору – компании ≪Медикал Тест≫, специализировавшейся ранее на дистрибуции других изделий медицинского назначения. Через два года после начала работы представительства McGhan у бюстов из силикона в России сформировался полноценный рынок сбыта. В стране функционировали более 10 специализированных клиник пластической хирургии и работали около 100 постоянно практикующих пластических хирургов.

≪Мы каждые полгода ездили на обучение в Inamed, регулярно возили туда российских врачей и приглашали ведущих европейских хирургов на обучающие курсы в Россию. Традиционно были представлены две технологии – для эстетического увеличения и для реконструкции груди. Заочным ≪лицом≫ обучающих программ был американский хирург Джон Теббетс, который впервые разработал методические указания, учебники и видео по клиническому применению новой для тех времен продукции – имплантатов анатомической формы, заполненных высококогезивным гелем с малой текучестью, который позже стали называть ≪гелем с памятью формы≫, – вспоминает Александр Артемьев. По его оценкам, в начале ≪нулевых≫ обучение в Inamed прошли большинство практикующих в России пластических хирургов, или более 200 врачей.

Однако представительство Inamed проработало в России недолго –в 1999 году McGhan приняла решение в целях экономии средств закрыть штаб‑квартиру вместе с целым рядом других региональных структур в европейских и азиатских странах. Артемьев перешел работать в ≪Медикал Тест≫, где возглавил подразделение, отвечавшее за продажи продукции McGhan в России, а также участвовал в запуске компании ≪Украинский Медикал Тест≫, дистрибьютора McGhan на Украине.

Перестройка глобальной структуры McGhan Corp была вызвана сменой собственников. Основатель корпорации Дон Макган еще на заре кризиса грудных имплантатов в США привлек под залог акций компании заемные средства на завершение судебных исков к корпорации и доказательство безопасности силиконовых имплантатов. Как свидетельствовали американские деловые СМИ, кредиторами силиконового магната выступили несколько крупных американских финансовых групп. ≪В конце 90‑х из‑за большого количества исков от американских пациенток и судебных издержек Дон Макган не смог расплатиться с долгами, и финансисты забрали у него акции, отстранив от должности в компании, – рассказывает Артемьев. – Уход президента существенно отразился и на стиле работы компании в России. Никто больше не уделял столько внимания обучению, новое руководство корпорации требовало сухих отчетов о результатах продаж≫.

Помимо обновления формата взаимодействия с главным контрагентом ≪Медикал Тест≫ должен был реагировать на новые рыночные реалии – в России возникла силиконовая конкуренция. В 2001 году имплантаты McGhan лишились статуса единственного в сегменте заокеанского продукта. Другой американский мейджор, Mentor, стал ввозить партии одноименных имплантатов через фармдистрибьютора ≪Кловермед≫. Вслед за ними в Россию начали подтягиваться и европейские марки – французские Arion, немецкие Polytech и другие. ≪Несмотря на появившееся разнообразие, многие хирурги относились к новым предложениям с осторожностью. Здесь действовал практически принцип НЛП: у специалистов, прошедших обучающие курсы в Inamed, силиконовые имплантаты ассоциировались исключительно с McGhan и Джоном Теббетсом≫, – вспоминает пластический хирург одной из крупных московских клиник.

ОШИБКА ПРЕЗИДЕНТА

В 2003 году в США произошло ключевое для глобального силиконового рынка событие – FDA, наконец, частично сняло мораторий на применение имплантатов для груди. Десятилетние исследования не подтвердили, что использование протезов приводит, как это предполагалось в середине 90‑х, к раку молочной железы и аутоиммунным заболеваниям. Вскоре на рынок вернулась продукция родоначальников – McGhan Corp и Mentor Corp. В 2006 году корпорацию McGhan выкупила Allergan, уже тогда одна из крупнейших фармацевтических компаний мира.

Очередная смена собственников McGhan Corp снова отразилась на бизнесе Артемьева в России. Allergan приняла решение передать дилерский контракт на грудные имплантаты своему российскому партнеру – компании ≪Здоровье семьи≫, которая в то время реализовывала в России другой продукт мейджора – токсин Botox. ≪Мы ничего не понимали в имплантатах и сопротивлялись тому, чтобы включить протезы в свой портфель, но наши контрагенты заняли жесткую позицию≫, – разводит руками один из сотрудников дистрибьюторской компании. По соглашению с Allergan Александр Артемьев в течение полугода после расторжения контракта еще выступал в качестве консультанта ≪Здоровья семьи≫, а затем должен был искать себе новое занятие.

Прекратив сотрудничество с McGhan, Артемьев решил обратиться к своему давнему партнеру – Дону Макгану. Магнат к тому времени успел вновь развернуть бурную деятельность. После отставки он основал новую компанию Mediсor, которая приобрела два европейских бренда – Eurosilicone и Nagor, и активно выводил эти марки на международные рынки. Артемьев решил попытать счастья с новой маркой протезов и заключил с Макганом контракт о продажах Nagor в России.

Сделать бренд новым лидером мирового рынка грудных имплантатов, полагает Артемьев, помешало заключение Дона Макгана в тюрьму в 2009 году. Магнат обвинялся в использовании при строительстве новой компании Mediсor конструкций, имеющих признаки ≪финансовой пирамиды≫. ≪Преследование Дона Макгана, которому на тот момент было уже 75 лет, напоминало шпионский боевик. Узнав о выдвинутых против него обвинениях, он уехал в Коста‑Рику, был объявлен в международный розыск и вскоре арестован и доставлен сотрудниками ФБР в США, где суд приговорил его к длительному тюремному заключению. С тех пор я его не видел и не говорил с ним≫, – вздыхает Александр Артемьев. Контроль над Mediсor, как сообщили деловые издания, перешел к ряду американских финансовых структур.

Спустя два года после осуждения Дона Макгана Артемьев еще продавал Nagor в России, а потом, решив оставить силиконовый бизнес, передал бренд набиравшему в тот момент обороты российскому дистрибьютору ≪Нике‑Мед≫ предпринимательницы Людмилы Антоновой. Первые на отечественном рынке американские имплантаты McGhan, ставшие благодаря Артемьеву и Ко базой развития сегмента силиконовых протезов в России, Allergan переименовала в Natrelle. Сейчас этот бренд делит с Mentor лидерство на российском рынке: по данным VM, эти марки протезов в прошлом году использовали более 70% российских клиник эстетической хирургии.


ПРЯМАЯ РЕЧЬ

≪БУДЬТЕ ОСТОРОЖНЫ С БОЛЬШИМИ РАЗМЕРАМИ≫

События и фигуранты силиконового рынка глазами Александра Артемьева


О КРИЗИСЕ ИМПЛАНТАТОВ В США

«Истерия нарастала, как снежный ком. Журналисты находили по всей стране женщин, которые были больны и носили силиконовые имплантаты. По телевизору показывали историю пациентки с онкологическим заболеванием, ее слезы, горе ее семьи. На следующий день появлялся другой сюжет – о женщине с аутоиммунным заболеванием. Пациентки стали массово подавать иски к компаниям‑производителям. Мейджоры в самом начале сделали стратегическую ошибку, они говорили своим юристам: «Сколько просит эта Мэри из Техаса? 400 тысяч долларов? Дайте ей 200 тысяч, и забудем эту историю». Вскоре за своими 200 тысячами стали приходить сотни пациенток. Приезжая в США, я видел объявления адвокатских контор: «Носите силиконовые имплантаты для груди? Мы вам поможем обнаружить симптомы и выиграть дело в суде». Потери компаний‑производителей составили несколько миллиардов долларов. Кроме того, был нанесен большой психологический вред пациенткам – сотни женщин в США и других странах стали массово менять силиконовые имплантаты на физрастворные, а те, кто не менял протезы, жили с мыслью: «Скоро и я заболею раком».

О РЫНОЧНЫХ ТРЕНДАХ

«На лекциях я говорю пластическим хирургам: «Будьте осторожны с большими размерами груди». Многие из них сейчас идут на поводу у пациенток и подбирают имплантаты гораздо большие по размеру, чем следовало бы. Иногда становятся опасны компьютерные 3D‑программы подбора: на экране у пациентки красивая грудь просто растет с увеличением объема имплантата, и с ней не возникает никаких проблем. В жизни такой протез может привести к эстетически неудовлетворительному результату, а также к клиническому осложнению. Когда меня приглашают подбирать протезы, я всегда сажаю рядом специалиста дистрибьюторской компании и учу его делать правильные замеры и основанный на этих замерах выбор типа и размера имплантата. Приятно, что некоторые из них уже справляются с этой задачей не хуже меня и могут прийти на помощь хирургам».

О МЕЙДЖОРАХ В РОССИИ

«Поставщики работают с Россией, как с Турцией, Израилем и другими восточными странами, где западные силиконовые протезы не требуют отдельной регистрации. У нас дистрибьютор тратит год и уйму денег, чтобы зарегистрировать линию имплантатов, а потом мейджор ему говорит: «Мы прекращаем старую линию, вот новый продукт». Дистрибьютор ему отвечает: «Как же так, мы же только начали продажи прежней линейки!», а ему говорят: «Ну это ваш russian shit, у вас в контракте прописано, что вы должны решать проблемы с легализацией продукта, вот и разбирайтесь».

О BREAST IMPLANT GLOBAL SETTLEMENT

«Когда американские корпорации уже изнывали под бременем пациентских исков, федеральный судья мистер Пойнтер обратился к американским женщинам: «Я хочу заключить с вами global settlement. Даю полгода на то, чтобы прислать мне данные о том, какие имплантаты вы носите и какие симптомы наблюдаете, потом я произведу подсчет и поделю сумму, которую передали мне производители, на всех поровну. Кто уклонится от соглашения, не получит ничего». Общественное мнение уже тогда стало подозревать, что в этой истории что‑то нечисто. Журналисты, которые выжали все из силиконового скандала, начали задавать новые вопросы: «Почему в США силиконовые имплантаты – это яд, а в Европе их носят тысячи женщин и никто не страдает?»

О ДОНЕ МАКГАНЕ

«Дон Макган с большим энтузиазмом относился к России. Это он предложил начать здесь продажу имплантатов и был вдохновителем нашего бизнеса. Он всегда лично присутствовал на многих международных конгрессах, встречался со всеми международными дистрибьюторами и налаживал связи между ними. В бизнес Макгана была вовлечена вся его семья. Когда я приехал на одну из встреч руководства корпорации в Нидерландах, я встретился с женой Макгана, которая задавала много вопросов о России и несколько раз говорила мне: «Вы должны пообщаться с нашим чилийским дистрибьютором, он такой энергичный!»

О СКАНДАЛЕ С ИМПЛАНТАТАМИ PIP

«Глава PIP сделал то же, что и Дон Макган в конце 80‑х – решил нарушить монополию американских поставщиков силиконового геля и закупить субстанцию в Германии. И нет никаких сомнений, что в Германии делают очень хороший гель. Дело только в том, что бюрократия создала длинный путь сертификации производства имплантатов. Президент PIP купил гель, не прошедший сертификацию в Европе, это правда. Однако, по инициативе органов здравоохранения Великобритании, английские лаборатории провели исследование этой субстанции. Результат: гель оказался нетоксичным и неканцерогенным. А сколько же домыслов по этому поводу опубликовали мировые, в том числе и российские, СМИ!»

пластика груди, пластическая хирургия
Поделиться в соц.сетях
Минздрав не видит необходимости в бэби-боксах
Сегодня, 20:13
Пластическую хирургию могут включить в ОМС
Сегодня, 20:12
Москва потратила 70 млн рублей на анти-ВИЧ пропаганду
Сегодня, 20:01
В ведущих медцентрах появятся пластические хирурги
Сегодня, 19:58
В ведущих медцентрах появятся пластические хирурги

В ближайшие 1,5-2 года в ведущих государственных медицинских центрах страны могут появиться штатные пластические хирурги, сообщила главный внештатный специалист по пластической хирургии Минздрава РФ Наталья Мантурова.

Сегодня, 19:58
Титям мороженое
<div> Что связывает совладельцев «Баскин Роббинс» со старейшим производителем грудных имплантатов  </div>
533
В рейтинге клиник пластической хирургии Натальи Мантуровой лидером стал ИПХиК

Главный внештатный специалист Минздрава по пластической хирургии Наталья Мантурова и «Социальный навигатор» МИА «Россия сегодня» представили рейтинг «Лучшие клиники пластической хирургии Москвы – 2016». По двум направлениям из четырех лидирующие позиции занял подконтрольный Мантуровой Институт пластической хирургии и косметологии (ИПХиК). Эксперты признали клинику лучшей в категориях «Потенциал качества услуг» и «Опыт и стабильность клиник».

28 Ноября 2016, 13:26
Хасан Баиев
пластический хирург
«Бог дал мне все, что положено»
22 Сентября 2016, 16:12
Канаверо экспериментально подтвердил возможность пересадки головы
В рамках подготовки к пересадке человеческой головы итальянский нейрохирург Серджио Канаверо провел операции по восстановлению поврежденного спинного мозга на мыши, а затем на собаке. Хирург опубликовал видео, в котором показаны животные, пережившие хирургическое вмешательство.
22 Сентября 2016, 12:25
483
Полироль второго плана
Как в Америке и России пытаются заработать на тех, кто уже перенес пластическую операцию
427
Артур Рыбакин
Пластический хирург
«Я несколько раз предупреждал: «Остановитесь, наша фирма погибнет»
19 Сентября 2016, 18:48
Валентина Несватова
основатель холдинга «Вероника»
«Характер Рыбакина постоянно ведет его к авантюрам»
19 Сентября 2016, 18:44
Из-за чего произошел раздор между совладельцами СПИКа
532
Яндекс.Метрика