ПОДПИСАТЬСЯ НА ОБНОВЛЕНИЯ
28 Ноября, 15:10
28 Ноября, 15:10
64,62 руб
68,44 руб

Каменный гос

Анна Родионова, Дарья Шубина, Тимофей Добровольский
20 Января 2016, 17:35
1162
Чем рискует частный инвестор, вступая в партнерство с регуляторами рынка
То, что механизму государственно частного партнерства (ГЧП) можно найти полезное применение в курируемой им индустрии, Минздрав обнаружил два года назад и поспешил использовать его во всероссийском масштабе. В 2015 году количество инициатив ГЧП в медицине по сравнению с предыдущим го¬дом выросло в четыре раза – до 64 проектов. Впрочем, стремительный рост пока не конвертировался в качество: в отсутствие федерального закона о ГЧП региональные чиновники не всегда успешно экспериментируют с нормативной базой, а инвесторы быстро разочаровываются в таком сотрудничестве.

Именины у витрины

По оценке чиновников Минздрава, 23 декабря 2015 года имеет право зваться вехой в истории применения механизма ГЧП в здравоохранении. В этот день в стенах ведомства было торжественно подписано первое в стране соглашение о государственно‑частном партнерстве, обладающем федеральным статусом.

Суть контракта в следующем. Минздрав РФ в лице заместителя министра Сергея Краевого передал в концессию компании АО «Иннова­ционный медико‑технологический центр» (ИМТЦ) в лице гендиректора Екатерины Мамоновой принадлежа­щее Росимуществу здание на улице Одоевского, дом 3, в Новосибирске. Местная частная компания планирует организовать на федеральных площадях производство сырьевых компонентов для ортопедии, травматологии и ней­рохирургии. Проект позиционировался как прецедент и широко анонсировался в отрасли – до этого российской меди­цине были известны только локальные ГЧП‑инициативы.

Правда, значимость проекта рушится уже на этапе анализа его финансовых показателей. По условиям концес­сионного соглашения объем инве­стиций в организацию производства до 2019 года составляет 685 млн руб­лей, а годовая выручка участвующего в ГЧП частного инвестора – всего 33,3 млн рублей. Но Екатерину Мамо­нову, судя по всему, несогласованность параметров не смущает: компания рассчитывает справиться с нагрузкой за счет привлечения средств Феде­рального центра проектного финан­сирования, дочерней компании ГК «Внешэкономбанк». Кроме того, грант в 200 млн рублей ИМТЦ выделил груп­пе «Роснано». Иными словами, акцио­нерное общество в статусной концессии фактически выступает в роли посред­ника, тогда как реальные инвесторы – не частные компании, а госструктуры.

Эта история иллюстрирует общую ситу­ацию с медицинскими ГЧП в России – аббревиатура стала модной у органи­заторов здравоохранения и числится среди главных достижений Минздра­ва РФ. Но участники рынка уже назвали механизм «витринным»: несмотря на большое количество заявленных и даже начатых ГЧП‑проектов, одну их часть вообще нельзя считать государ­ственно‑частными, а другая, едва запу­стившись, уже стала для независимых инвесторов полным разочарованием.

Их может быть вчетверо

Отправной точкой развития ГЧП в индустрии считается 2013 год. Тогда президент Владимир Путин призвал ре­гиональные власти активнее задейство­вать частников в решении медицинских проблем, а Правительство РФ обозна­чило партнерство государства и бизнеса в деле модернизации здравоохранения как отраслевой приоритет.

Минздрав РФ на обозначившийся тренд откликнулся моментально. В кон­це 2013 года заместителем Вероники Скворцовой был назначен бывший на­чальник департамента здравоохранения ОАО «РЖД» Сергей Краевой, которому в числе прочих важных обязанностей было поручено курировать в индустрии здравоохранения взаимодействие государства с частными инвестора­ми. По словам близких к ведомству источников, именно с подачи Сергея Краевого в Минздраве РФ появилась и профильная структура – департамент инфраструктурного развития и ГЧП, ко­торый возглавил бывший замдиректора департамента имущественных отноше­ний и территориального планирова­ния Минтранса РФ Андрей Казутин, имевший до этого богатый опыт ведения масштабных ГЧП‑проектов в сфере транспорта.

«В начале 2014 года был создан коор­динационный совет Минздрава России по развитию ГЧП, разработана мето­дологическая основа для продвижения самого понятия ГЧП как в бизнес‑среде, так и среди пациентов и врачей, а также утверждены соответствующие методиче­ские рекомендации», – говорит о проде­ланной работе Краевой.

Активность новой команды работой с документами не ограничилась: если, по данным Российской академии народ­ного хозяйства и государственной служ­бы при Президенте РФ (РАНХиГС), до 2014 года в медицине были почти полностью завершены шесть ГЧП‑про­ектов и еще 11 находились в стадии реализации, то к 2015 году общее количество таких инициатив выросло в четыре раза – с 17 до 64 проектов.

Сергей Краевой в интервью VM в дека­бре 2015 года признавался, что в «копил­ке» ведомства есть еще 15 предложений по новым ГЧП‑проектам, партнерские инвестиции в которые ведомство оце­нивает в 20 млрд рублей. А незадолго до этого, осенью, вице‑премьер Ольга Голодец сообщала, что Правитель­ство РФ планирует привлечь в развитие отечественной медицины не менее 200 млрд рублей частных инвестиций.

Тем не менее называть происходящее разворачивающимся инвестицион­ным бумом рановато. Проводившийся VМ в начале 2015 года мониторинг ГЧП в сфере медуслуг показал, что как минимум 11 разработанных проектов были заморожены. Остановки случались по разным причинам – от недостаточ­ных, на взгляд инвесторов, профильных тарифов ОМС или иных незаплани­рованных издержек до неадекватного поведения государственных контр­агентов. Эксперты РАНХиГС в своем декабрьском докладе отмечают, что и теперь качество и перспектива реали­зации большинства проектов довольно сомнительны.

Одним из главных препятствий приме­нению ГЧП в здравоохранении участни­ки рынка до недавнего времени называ­ли отсутствие единой нормативной базы для таких инициатив – федеральный закон «О государственно‑частном пар­тнерстве» вступил в силу только с 1 ян­варя 2016 года. А до сих пор региональ­ные власти сами очерчивали подобным партнерствам рамки, сообразные обстоятельствам.

Сергей Краевой в интервью VM описы­вал схемы и мотивы принятия регио­нальных законов о ГЧП так: «Первый [мотив. – VМ] – закон принимался под конкретный проект: в регион прихо­дил инвестор со словами «я хочу это сделать», и под него принимался закон. Второй – когда регион хотел развивать что‑либо и ради привлечения инвесто­ра создавался закон. Наконец, были так называемые витринные законы, которые принимались просто потому, что это модно». Из 70 регионов, где приняты законы, позволяющие запу­скать механизмы государственно‑част­ного партнерства в здравоохранении, лишь 25 перешли от теории к практике, признавала в апреле 2015 года Ольга Голодец.

Несвежее дыхание

Отсутствие четких законодательных параметров порой превращало ГЧП в нечто совершенно обратное взаимовы­годному партнерству и провоцировало громкие скандалы.

Показательный пример – строитель­ство международного медицинского центра «Клиника сердца» в Самаре. Об этом проекте стало известно в конце 2012 года. Его инициатором тогда вы­ступил известный в регионе поставщик медоборудования – компания «Со­временные медицинские технологии» (СМТ) в лице ее владельца и директора Сергея Шатило. Проект поддерживал губернатор области Николай Меркуш­кин, и потому создание Клиники сердца легко позиционировалось как ГЧП.

Формально проект реализовывался в соответствии с инвестиционным мемо­рандумом региональных властей и инве­стора, по сути же частный инвестор был выбран без конкурса. Строительство кар­диоцентра стартовало на арендованной части территории действующего ГБУЗ «Самарский областной клинический кардиологический диспансер» (СОККД). А когда новый комплекс будет открыт, в апреле 2016 года, Клиника сердца благодаря «партнерству» с региональ­ной администрацией гарантированно получит областной кардиохирургический госзаказ. Случай вызвал большой резо­нанс, история муссировалась в печатных и электронных СМИ, самарский депутат Михаил Матвеев направил запрос в правительство и Минздрав области с просьбой отреагировать на ситуацию, в противном же случае обещал обратить­ся в прокуратуру.

Еще один скандал прошлого года связан с монополизацией лаборатор­ной службы в Биробиджане. Более 10 лет назад депутаты заксобрания ЕАО инициировали передачу функций гослабораторий в частные руки, ком­пании «ТАФИ‑диагностика», которая вытеснила из сегмента клинической лабораторной диагностики всех опера­торов региона. Местные общественники многократно высказывались по поводу упавшего качества анализов и пытались заявить протест против монополизации рынка КЛД‑услуг. На сентябрьском форуме Общероссийского народного фронта о ситуации доложили Путину, президент немедленно переадресовал вопрос Росздравнадзору. Присутство­вавший в зале руководитель службы Михаил Мурашко сообщил, что в ЕАО проведена масштабная проверка, а на­чальник Управления здравоохранения уже снят с должности.

Закрываются ГЧП и в связи с бюрокра­тическими проволочками, и по при­чине разочарований инвесторов по поводу ОМС. Один из флагманов ГЧП – московский проект «Доктор рядом» – столкнулся с подобным набо­ром буквально на старте. Инвесторы, пережившие сложнейшие процедуры конкурсного отбора и подключивши­еся к программе, обнаруживали, что городские поликлиники не заинтересо­ваны в том, чтобы пациенты получали медпомощь на мощностях ГЧП‑про­екта, и не направляли к ним больных. В результате несколько частных ком­паний вышли из разочаровавшего их партнерства. «Очевидным является конфликт интересов государственных медучреждений, Минздрава, профиль­ных региональных ведомств и частного медицинского бизнеса», – суммируют подобные разочарования эксперты РАНХиГС.

Впрочем, инвесторы тоже не всегда ока­зываются на высоте, нарушая свои пар­тнерские обязательства. Так произошло, например, с несколькими ГЧП‑проекта­ми, начатыми в Нижегородской области. Первый предусматривал строительство многопрофильного стационара на 106 коек в селе Сеченово. Работы, стартовав­шие в 2005 году, в 2009‑м были приоста­новлены – у инвестора кончились день­ги: из запланированных 276 млн рублей частник успел «похоронить» в недостро­енном объекте 89,1 млн рублей. Похожая судьба – у проекта создания перинаталь­ного центра в Дзержинске: через два года после заключения соглашения грянул кризис, и проект был заморожен на эта­пе окончания строительно‑монтажных работ. В 2010 году была заморожена реконструкция медико‑санитарного комплекса в Арзамасе – городской боль­ницы, Центра амбулаторной хирургии и поликлиники. Общий объем инве­стиций оценивался в 101,1 млн рублей, частник осилил две трети этой суммы. По схожему сценарию провалились ГЧП по возведению хирургического корпуса Борской ЦРБ и реконструкции корпуса Павловской ЦРБ.

«Эти примеры подчеркивают важность начального этапа работы над ГЧП‑про­ектом, – резюмируют эксперты РАНХиГС, – определения сроков дей­ствия партнерства, требуемого объема средств и гарантий их достаточности».


медицинские услуги, медучреждения, гчп
Источник Vademecum №1, 2016
Поделиться в соц.сетях
В рейтинге клиник пластической хирургии Натальи Мантуровой лидером стал ИПХиК
Сегодня, 13:26
Фармкомпании не смогли включить 24 лекарства в перечень жизненно важных
Сегодня, 12:46
Путин уволил Александра Фисуна
Сегодня, 12:19
Johnson&Johnson ведет переговоры о поглощении Actelion
Сегодня, 7:12
Врачи предложили изменить порядок рассмотрения жалоб пациентов
Председатель правления Врачебной палаты Московской области, главный врач ГБУЗ МО «НЦРБ», д.м.н. Сергей Лившиц предложил ввести алгоритм, регламентирующий порядок рассмотрения жалоб от пациентов. По его мнению, в первую очередь пациенты должны обращаться с жалобами непосредственно в медицинскую организацию, к главному врачу или заведующему структурным подразделением, и только потом в более высокие инстанции.
25 Ноября 2016, 21:33
187
Что мешает перинатальным центрам заниматься сложными случаями?
449
У каждого четвертого ребенка в США нет доступа к медпомощи
20,3 млн американцев младше 18 лет не имеют доступа к медицинской помощи, соответствующей современным стандартам педиатрии. Такие данные приводит в своем отчете некоммерческая организация «Фонд здоровья детей», которая занимается помощью детям с инвалидностью.
21 Ноября 2016, 13:33
107
Врачи предпочитают не сообщать в Росздравнадзор о побочных реакциях на лекарства
Менее половины российских врачей (48,4%) сообщают в Росздравнадзор об обнаруженных нежелательных реакциях на лекарственные препараты, 8% считают, что рассказывать о побочных эффектах, с которыми они столкнулись в своей практике, нецелесообразно. Таковы результаты исследования Медицинского университета им. профессора В.Ф. Войно-Ясенецкого, Российского университета дружбы народов им. Патриса Лумумбы и Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» города Красноярск.
14 Ноября 2016, 18:02
1642
Шойгу: военная медицина будет развиваться в составе Вооруженных сил
14 Ноября 2016, 13:08
В 2016 году московские медучреждения оштрафовали на 800 млн рублей
10 Ноября 2016, 19:37
25 российских регионов не ликвидировали нехватку врачей
10 Ноября 2016, 15:56
Директор МГФОМС стал жертвой приписок
10 Ноября 2016, 15:39
Госдума разберется с оказанием медпомощи на борту самолета
10 Ноября 2016, 13:26
Стадченко: необходимо внедрить принципы ориентации на нужды пациента
Федеральный фонд обязательного медицинского страхования (ФФОМС)намерен внедрить в систему ОМС принципы персонифицированного сопровождения каждого пациента, заявила председатель ФФОМС Наталья Стадченко.
9 Ноября 2016, 23:51
Платонические соотношения
285
Яндекс.Метрика