ПОДПИСАТЬСЯ НА ОБНОВЛЕНИЯ
27 Ноября, 4:23
27 Ноября, 4:23
64,62 руб
68,44 руб

≪Чтобы понять, что идея – дрянь, надо просто потратить время на ее проверку≫

Алексей Каменский
17 Ноября 2014, 19:15
2127
Как ученый бросил нефтехимию ради «транспортных» молекул и искусственных органов и получил более $500 млн от Big Pharma плюс $50 млн от «Роснано»
Боб Лангер – один из самых знаменитых в мире биотехнологов – человек странной судьбы. Он неважно учился в колледже, начал карьеру с череды неудач, а через два десятилетия был среди главных мировых светил сразу в нескольких передовых направлениях медицины. Он занимается технологиями выращивания органов, адресной доставкой лекарств внутри организма, изобретает хитрые таблетки, которые высвобождают действующее вещество только в нужный момент и в нужном количестве. Лаборатория Лангера в Массачусетском технологическом институте (MIT) – крупнейшая в сфере биоинженерии, в ней работает сотня человек. Боб Лангер – еще и серийный предприниматель не хуже Ричарда Брэнсона. Это если судить по числу компаний – их у Лангера не меньше двух дюжин. И хотя трудится он почти круглые сутки, а несколько его венчуров приобрела Big Pharma, в списки миллиардеров Лангер не попал и едва ли попадет. Зато – и это еще один необычный поворот в судьбе биотехнологической звезды – три года назад портфельным инвестором двух его компаний стала гигантская и совершенно непонятная американцам корпорация «Роснано». Лангер рассказал VADEMECUM о своих правилах жизни и работы.

ПАРАЛЛЕЛЬНЫЙ ПРОФЕССОР

Коллеги Лангера говорят: ≪Если Боб не ответит на ваш мейл или СМС в течение 10 минут, значит, с ним что‑то не в порядке≫. 66‑летний Лангер не расстается с айфоном (раньше это был BlackВerry) и может одновременно вести научный спор, писать в телефоне и одним глазом посматривать в компьютер – за что и получил прозвище ≪параллельный профессор≫. На письмо VADEMECUM Боб ответил ровно через пять минут, поставив в копию своего помощника по имени Тули и приписав без намека на знаки препинания: ≪Tuli can you help≫ (≪Тули, поможешь?≫). Дело было в четверг, а 15‑минутный телефонный разговор Тули назначил на следующее утро: ≪Боб сам вам позвонит в 7.15≫. Так и произошло. Но все 15 минут рядом с ≪параллельным профессором≫ был секретарь, решавший с ним какие‑то свои вопросы.

Не исключено также, что в этот момент Лангер, который с 28 лет не ест мяса и почти всю жизнь немало времени тратит на спорт, бежал. В прямом смысле слова – на тренажере. Говорят, этот человек ≪никогда не останавливается≫, ухитряется читать на своем домашнем тренажере и иногда, также на бегу, стремительно записывает какие‑то свои идеи.


– В статье 10‑летней давности я читал, что вы каждый день по два часа бегаете и занимаетесь на тренажере. А как сейчас?

– Я очень активно занимаюсь спортом.

– Не сократили время тренировок?

– Ни в коем случае! Очень много тренируюсь.

– У вас сейчас остается время для собственной научной работы? На сайте Langer Lab есть фото ежегодного выезда лаборатории на побережье, там человек 200, не меньше. Со всеми надо поговорить, дать какие‑то распоряжения…

– Нет, в лаборатории человек 100. Просто каждый кого‑то с собой привел. А насчет того, можно ли все успеть – вы знаете, я работаю всегда. Не очень представляю, как это еще объяснить, но я никогда не останавливаюсь.

– В статье о вас на сайте Корнелльского университета я видел страшную цифру – 70 рабочих часов в неделю.

– Скорее всего, между 70 и 100 часами.


Последние 30 лет у Лангера нет проблем с востребованностью и поиском места в жизни, а награды и почетные звания сыплются на него в гиннессовских количествах, их больше двух сотен. Начало карьеры ничего такого не сулило. В колледже Боб, сын торговца спиртным, не демонстрировал больших успехов, а в Корнелльском университете поначалу показывал успеваемость B- (что‑то среднее между тройкой и четверкой с минусом по пятибалльной шкале). Впрочем, к старшим курсам выправился. Лангер занимался нефтехимией, и после Корнелла ему была прямая дорога в нефтяную отрасль. В одном из старых интервью он вспоминал встречу с представителем Exxon Mobil на последнем курсе. ≪Если мы увеличим маржу по нефти всего на 0,1%, это принесет нам миллиарды долларов! Это круто, это поразительно!≫ – завлекал выпускников представитель компании. Лангер возвращался домой и думал: ≪Нет, 0,1% – не для меня. Не хочу. Не буду≫.

Это было в начале 70‑х. Проболтавшись пару месяцев чуть ли не в статусе безработного, Лангер, наконец, получил в Массачусетском технологическом институте временную ставку (так называемый postdoc – трехлетний контракт для молодых ученых, по истечении которого они обычно должны искать другое место работы). Тут он и занялся впервые вместо скучных нефтяных технологий ≪медициной будущего≫ – лекарствами в таких формах, которые обеспечивают долговременный и точно дозированный выход действующего вещества в организм и могут, например, обеспечить автономность больным диабетом.

Как помогла Лангеру химия? Он исследовал полимеры, которые могут постепенно разрушаться в организме. ≪Самодозирующиеся≫ препараты – один из вариантов применения таких полимеров. В середине 70‑х несостоявшийся нефтяник выступил с докладом о проделанной работе перед группой специалистов по химии полимеров. Он две недели не расставался с диктофоном, репетируя доклад, и был, в общем, доволен результатом. До тех пор, пока не услышал мнение самих химиков. ≪Они не поверили ни единому моему слову≫, – вспоминает Лангер. Он был подавлен, но не сломлен.

Разослал во все концы Америки девять заявлений на получение грантов – и получил ровно девять отказов. Но тут судьба, наконец, ему улыбнулась: его взял к себе в лабораторию известный американский исследователь Джуда Фолкман, и все как‑то сразу совпало. Фолкман изучал ангиогенез (возникновение кровеносных сосудов) в опухолях, а Лангер занимался одновременно поиском ингибитора ангиогенеза (вещества, препятствующего росту сосудов) и способа его дозированного выделения в опухоль: без притока крови клетки опухоли погибнут.


– Вы говорили в одном из интервью, что ученый, если он хочет довести до победного конца свои идеи и фантазии, должен обладать грандиозным упрямством, непоколебимой самоуверенностью и прочими не самыми лучшими качествами. Допустим, такому ≪идеальному ученому≫ пришла в голову не очень удачная идея. Ее он тоже будет методично доводить до конца?

– Ну, если я чувствую, что моя идея хороша, это уж точно не потому, что кто‑то другой назвал ее хорошей. А чтобы понять, что идея – дрянь, надо просто потратить время на ее экспериментальную проверку. Если мне придет в голову, что какая‑то штука может принести пользу и с точки зрения науки она, в принципе, возможна, я не буду жалеть времени на проверку своей гипотезы. И остановлюсь, не дойдя до конца, только в одном случае – если по ходу дела придумаю что‑то лучше.

– А почему вы из нефтехимии перешли в фармацевтику? Успели проверить все свои идеи насчет нефти?

– Потому что медицина приносит больше пользы людям, потому что я хотел сделать что‑то важное в жизни. Но кстати, я сейчас работаю не только в сфере фармацевтики. Мы кое‑что делаем и в области потребительских товаров. Но медицина – наше главное занятие.

ПОЛИМЕР ДЛЯ ПОДРАЖАНИЯ

Лангер считает своим учителем Джуду Фолкмана, благодаря которому он из странноватого (в глазах общества) фантазера превратился в знаменитого профессора‑новатора, которому коллеги (но пока еще не Нобелевский комитет) прочат Нобелевскую премию. Лангер проработал в лаборатории Фолкмана три года, после чего в 1977 году получил собственную. Направления работы Langer Lab разнообразны, но многие из них связаны с полимерами. Главное и самое сейчас известное – это технологии адресной доставки лекарств. Нечто вроде ракеты‑носителя, которая, попав внутрь человеческого тела, доставляет действующее вещество до нужной точки и потом распадается.

Второе направление, выращивание ≪запчастей≫ для человеческого тела, на самом деле использует похожие технологии. Чтобы стволовые клетки ≪осознали≫, какой орган они должны сформировать, им нужна подсказка в виде полимерного каркаса. А после того, как все, что нужно, вырастет, каркас должен рассосаться.

Известность вне медицинских кругов выращивание органов получило в конце 90‑х, когда весь мир обошло странное творение Langer Lab – человеческое ухо, выращенное на спине мыши. ≪Как реклама нашей деятельности, это было не очень, – признался Лангер в одном из интервью. – Наука, которая скрывалась за всем этим, – вот что было действительно здорово≫.


– У выращивания искусственных органов, которым вы занимаетесь, есть очевидная альтернатива – трансплантация. Эти два медицинских направления идут разными путями к одной цели. Дойдет ли дело до рыночного соперничества? Кто победит?

– Да, ваша мысль правильная. Использование искусственно выращенных органов будет все более и более распространенным. Будет все больше ситуаций, когда можно их использовать. Однако в медицине все происходит очень медленно. Я думаю, и через 10–20 лет мы все еще будем нуждаться в трансплантации.

– Каковы сегодня главные успехи такой биоинженерии? Какую часть тела вырастить уже легко, а с чем работать, на ваш взгляд, тяжелее всего?

– Кожа, выращенная на полимерном каркасе, – лучший пример успеха.

– Лекарства с доставкой в нужную точку организма – станет ли это направление преобладающим в фармацевтике? И как это скажется на лечении рака, для которого такая технология особенно важна?

– Разумеется, есть лекарства, которым попадание в строго определенную точку не требуется. Но я думаю, адресная доставка со временем станет главным направлением, лекарства должны попадать туда, куда нужно, и не попадать, куда не следует. Таким образом можно брать на прицел определенные клетки – например, те, которые вы хотите убить, что важно при лечении рака. Я думаю, рак будет побежден, но все‑таки в ближайшие 20 лет этого ждать не стоит. С раком будет, как с заболеваниями сердца – это займет много времени, но, в конце концов, мы научимся лечить его так же, как мы научились лечить болезни сердца.

– И все‑таки, об адресной доставке лекарств писали в учебниках по медицине еще в 80‑х, почему она до сих пор находится на начальной стадии развития?

– Новые технологии в медицине никогда не развиваются очень быстро – прежде всего, из‑за клинических исследований. Но мне кажется, что сейчас адресная доставка здорово прогрессирует. Уже есть целый ряд продуктов, которые широко используются, и еще немало, которые ожидают официального одобрения.

– Эти технологии уже стали отраслью большого бизнеса или пока что это скорее наука?

– Многие компании работают с этими технологиями! Kala Pharmaceuticals, T2 Biosystems, Bind Therapeutics, Selecta Biosciences.

СТАРТАПЫ НА БОБАХ

О размахе ≪большого бизнеса≫ лучше всего говорит то обстоятельство, что все названные Бобом Лангером компании им же в разные периоды жизни и созданы. T2 Biosystems, например, занимается разработкой инновационной системы анализа крови. По итогам девяти месяцев 2014 года эта компания показала убыток в $22,3 млн, а за аналогичный период 2013 года – $14,2 млн. Всего же с момента своего создания T2 потратила на исследования больше $90 млн. В августе 2014 года компания провела IPO, что позволило ей привлечь $58 млн для финансирования текущей деятельности. Кроме того, она взяла кредит на $30 млн. По оценке менеджмента T2, этих денег ей хватит на ближайшие полтора года работы. Коммерческий запуск ее продукции пока не состоялся. Акции, в течение двух недель после размещения подскочившие в цене почти вдвое, в октябре снова продавались практически по цене размещения.

Kala Pharmaceuticals, разрабатывающая для глазных лекарств ≪транспорт повышенной проходимости≫, проводящий их через слизистую оболочку, находится на еще более ранней стадии. Среди ее инвесторов – пять венчурных фондов (в частности, фонд Polaris Partners, управляющий инвестициями примерно в сотню компаний на общую сумму $3 млрд).

Bind Therapeutics и Selecta Biosciences – две компании, в которые три года назад инвестировала ≪Роснано≫ (подробнее – в материале ≪В белом венчуре из роз≫, VADEMECUM #22‑23 от 28 июля 2014 года). Bind занимается ≪лекарственным транспортом≫ и получила от госкорпорации $25 млн инвестиций. Говорят, переговоры были начаты благодаря личному знакомству представителей сторон. Компания разрабатывает платформу Accurins, которую можно настраивать таким образом, чтобы она нацеливалась на те или иные группы клеток в организме. Готовой продукции у Bind нет, но среди ее партнеров – Pfizer, AstraZeneca, Roche, Merck, Amgen. Со всеми отношения строятся по похожей схеме – Bind разрабатывает свой специальный транспорт для препаратов каждого из партнеров. В обмен она получает от них средства на исследования (например, $50 млн от Pfizer) и, как правило, право на долю от будущих продаж. Selecta, вложения ≪Роснано≫ в которую тоже составили $25 млн, разрабатывает ≪прицельные≫ вакцины, но крупных партнеров пока не нашла.

Безусловным коммерческим успехом серии стартапов, созданных с участием Лангера, можно назвать три сделки по покупке его начинаний компаниями Big Pharma. Венчур Semprus Biosciences был приобретен производителем медицинского оборудования Teleflex примерно за $80 млн (часть денег заплатили сразу, часть – по результатам последующей работы компании). Shire Pharmaceuticals купила стартап Pervasis, по экспертным оценкам, за $200 млн. И наконец, Johnson&Johnson приобрела TransForm: накануне сделки сообщалось, что ее сумма составит $230 млн.

Результат: Big Pharma, которую можно назвать ≪конечным заказчиком≫ фармацевтических венчуров, потратила на компании Лангера $500 млн. Точное сравнение невозможно, но, скорее всего, венчурные инвесторы ≪вложились в Лангера≫ гораздо серьезнее – достаточно вспомнить расходы одной только T2. Можно сказать и по‑другому: если бы все стартапы, затеянные Лангером за последние лет 20, финансировал всего один венчурный капиталист, его вложения были бы сейчас как никогда далеки от окупаемости. Но в сферу озабоченностей Боба Лангера эта проблема не входит.


– Как сейчас дела у Bind?

– О, у Bind все отлично: компания ведет клинические исследования, работает со многими фармацевтическими партнерами. Я считаю, Bind – это звезда. Но и у Selecta тоже будут со временем хорошие партнеры.

– Вы основали, если верить ≪Википедии≫, ровно две дюжины компаний. Правильно?

– Да, точно.

– Вы сейчас владеете акциями этих компаний?

– Да.

– Вообще вы, с точки зрения источника доходов, скорее ученый или больше предприниматель?

– Я ученый, но при этом я немного помогаю людям с бизнесом. Я делаю все, что могу, чтобы довести наши исследования до той точки, когда помочь в создании продукта уже могут люди из бизнеса. Я неплохо умею изобретать, открывать разные штуки. Но когда ты основываешь компанию, нужно другое. Необходимы специальные усилия для создания команды.

– Насколько существенно ваше участие в дальнейшей жизни этих стартапов?

– Обычно в этот процесс вовлечены мои студенты. Для меня один из главных мотивов создания венчурной компании – сделать так, чтобы мои выпускники, у которых есть интересные изобретения, могли бы их реализовать, распространить по всему миру и помочь людям. Пожалуй, да, потому я этим и занимаюсь.

биотехнологии
Поделиться в соц.сетях
Важнейшие новости прошедшей недели
26 Ноября 2016, 12:49
Врачи предложили изменить порядок рассмотрения жалоб пациентов
25 Ноября 2016, 21:33
ФАС подготовила законопроект о принудительном лицензировании
25 Ноября 2016, 21:30
Стоимость санаторного лечения для Росгвардии может составить 500 рублей в день
25 Ноября 2016, 21:29
Минздрав: заболеваемость гриппом в России снизилась в 10 раз
Заболеваемость гриппом в России с 2006 года снизилась более чем в 10 раз. Об этом в ходе Всероссийского конгресса «Иммунобиологический щит России» заявила глава Минздрава Вероника Скворцова. 
16 Ноября 2016, 10:09
236
Ринат Максютов стал новым главой ГНЦ «Вектор»
9 Сентября 2016, 10:56
Китайская компания создаст биотехнологический парк в США
19 Августа 2016, 13:53
Pfizer потратит $350 млн на развитие биoтexнoлoгий в Китае

Американская фармкомпания Pfizer намерена вложить $350 млн в создание биотехнологического центра в Китае. Ввести в эксплуатацию свой первый в Азии центр биотехнологий в компании планируют к 2018 году. 

28 Июня 2016, 18:42
Британская компания получит 1,3 млн евро на генную терапию для лечения гемофилии
22 Июня 2016, 12:40
Онищенко: мы стоим на пороге эпохи выращивания искусственных органов
Экс-руководитель Роспотребнадзора, а ныне помощник премьер-министра РФ Геннадий Онищенко заявил, что мир стоит на пороге нового технологического уклада, эпохи, при которой «синтетическая биология» будет решать весь спектр проблем – от выращивания органов для трансплантации до обеспечения населения продуктами питания.
2 Июня 2016, 19:20
609
Arbor купит XenoPort за $467 млн
24 Мая 2016, 13:38
Биотехнологическая компания заплатит крупный штраф за жестокое обращение с животными
23 Мая 2016, 17:08
ФАНО предложило развивать anti-age-медицину

Федеральное агентство научных организаций утвердило актуальные направления научно-технологического развития России. Среди них – антивозрастная медицина, клеточные и белково-пептидные технологии.

25 Марта 2016, 17:39
1263
Sanofi будет сотрудничать с компанией – разработчиком низкомолекулярных соединений
Французская фармкомпания Sanofi заключила с DiCE Molecules соглашение о сотрудничестве в области разработки новых пероральных препаратов, способных заменить инъекции в лечении определенных заболеваний.
16 Марта 2016, 16:07
Россия и Куба заключили соглашение о стратегическом партнерстве в сфере биотехнологий

Группа российских предприятий и Центр генной инженерии и биотехнологий (ЦГИБ) Кубы подписали соглашение о стратегическом партнерстве в области инноваций и биотехнологий.

24 Февраля 2016, 18:43
4701
Обвал акций биотехнологических компаний может привести к новым слияниям и поглощениям
Индекс биотехнологических компаний на бирже Nasdaq (Nasdaq Biotech Index) опустился почти на 30% с сентября 2015 года, когда кандидат в президенты Хиллари Клинтон в своем «Твиттере» обвинила фармкомпании в мошенничестве с ценообразованием и призвала правительство ужесточить меры в отношении производителей, завышающих стоимость медикаментов.
17 Февраля 2016, 15:54
960
Яндекс.Метрика